Глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу в интервью сербскому изданию Politika рассказал, в частности, об отношениях между Анкарой и Москвой. Подчеркнув, что “Турция и Россия стремятся сохранять в отношениях, основанных на взаимном уважении, позитивную тенденцию”, Чавушоглу акцентировал внимание на значительный вклад обеих стран в региональную и глобальную безопасность. При этом, констатировал он, “у Анкары и Москвы по региональным вопросам разные позиции, но, благодаря диалогу, мы приходим к общему знаменателю и стремимся находить решения”.
Эти заявления главы турецкого МИД прозвучали вскоре после очередного подтверждения “украинского раздражителя” в диалоге Анкары и Москвы. Состоявшийся недавно в Киеве с участием Турции, представленной лично Чавушоглу, учредительный форум “Крымской платформы” вызвал резкую реакцию со стороны Кремля, в связи с чем вновь актуализировался, в частности, вопрос дальнейших перспектив российско-турецких отношений партнерства и добрососедства.
На киевском форуме Чавушоглу, подтверждая подход Анкары к крымской проблематике, заявил, что мероприятие открывает “страницу мирного, длительного пути возвращения Крыма в Украину, потому что Крым – это Украина”, а также выразил готовность Турции “вместе с другими странами-партнерами отстаивать целостность Украины”.
Следует иметь в виду, что после распада Советского Союза Турция стала для Украины не только добрым соседом, но и близким другом, на которого украинцы всегда могут положиться в деле укрепления своего суверенитета, усиления потенциала независимого государства. Анкара принципиально поддержала территориальную целостность Украины с началом вспыхнувшего в 2014 году конфликта последней с Россией. Эта позиция дала о себе знать в отношении Турции как к крымскому кризису, так и к вооруженному противостоянию в Донбассе. При этом важной составляющей дружественных, партнерских отношений между Турцией и Украиной является нарастающее стратегическое сотрудничество в военной сфере. В частности, Анкара поставляет Киеву ударные беспилотники Bayraktar TB2 и обсуждает возможность строительства для ВМФ Украины кораблей класса “корвет”.
Однако, выражая твердую приверженность принципу территориальной целостности Украины, Турция в то же время дает понять, что ее позицию не стоит отождествлять с антироссийским подходом западных стран. Анкара – не инструмент в большой глобальной игре США и ЕС против России, а потому от нее не стоит ждать ни курса на обострение отношений с Москвой, ни попыток воздействия на Киев с целью добиться еще большей конфронтации между Украиной и РФ.
К тому же следует учитывать, что в позиции Турции по Крыму присутствует и явно выраженное историческое измерение. Не зря Чавушоглу подчеркнул на киевском форуме, что “Крымская платформа” – это еще и вопросы людей”, имея в виду, прежде всего, коренное население полуострова – крымских татар. Судьба Крыма тесно связана с Турцией, а крымских татар связывают с турками отношения кровного и языкового родства, культурного и религиозного единства. Может ли в таком случае Турция спокойно взирать на трагические повороты в судьбе крымско-татарского народа? Спокойно реагировать, в частности, на сообщения о том, что с 2014 года свыше 30 тысяч крымских татар покинули свою родину – Крым?
Понятно, что Анкара в своем подходе к крымской проблематике не может не учитывать фактор крымских татар, немалая часть которых видит свое будущее именно в составе Украины. Однако можно ли утверждать, что Анкара тем самым бросает вызов Москве? Однозначно нет, ибо Турция всячески дает понять и всему миру, и, разумеется, самой России, что ее политика на международной арене исходит из исключительного следования собственным национальным интересам. Поэтому тот факт, что в число друзей Турции, все более укрепляющейся в качестве одной из влиятельных сил мировой и региональной политики, входит Украина, в принципе не имеет никакого антироссийского контекста. По одной простой причине: Россия тоже является одним из ближайших партнеров и друзей Турции, причем стратегическое сотрудничество между ними дает успешные плоды на различных значимых международных площадках, в частности, сирийской, ливийской, южнокавказской.
Первое, на что стоит обратить внимание, – это растущее стратегическое взаимодействие России с Турцией, являющейся страной-членом НАТО. Парадоксально, но факт: диалог РФ с Северо-Атлантическим Альянсом снизился до минимума, а партнерское сотрудничество между Москвой и Анкарой набирает все больший ход. Более того, Турция, вопреки всевозможному давлению со стороны США и НАТО и даже американским санкциям, целенаправленно наращивает военно-техническое сотрудничество с Россией. В день проведения киевского форума поступило сообщение о предстоящем в ближайшее время новом контракте о поставках в Турцию российских зенитно-ракетных комплексов С-400. А спустя несколько дней после официального присоединения Турции к “Крымской платформе” ее президент Реджеп Тайип Эрдоган уверенно заявил: “Насчет покупки в России второго полка С-400 у нас нет никаких сомнений. Мы с Россией предпринимаем много шагов, будь это С-400 или другие темы в сфере оборонной промышленности”. И напомнил, в частности, также и о том, что “во время тушения пожаров мы использовали российские самолеты”.
Другой немаловажный аспект стратегического сотрудничества Анкары и Москвы – строительство российскими атомщиками АЭС в турецком Аккую. Последняя новость по этой теме – отгрузка российским заводом “Атоммаш” парогенераторов для энергоблока №2 атомной станции в Аккую.
Остается в российско-турецкой повестке и реализация совместных проектов в энергетической сфере. Буквально за считанные дни до вызвавшего громкий резонанс “крымского” события президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил в телефонном разговоре с российским коллегой Владимиром Путиным об ожиданиях Анкары по поводу увеличения поставок российского газа по газопроводу “Турецкий поток”.
Все это подтверждает, что определенные противоречия, в данном случае на “украинской площадке”, не оказывают существенного влияния на перспективы развития партнерских отношений между Россией и Турцией. Несомненно, в этом заинтересованы и Анкара, и Москва, свидетельством чему является и “специальное” заявление пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова. Признав, что российско-турецкие отношения не свободны от “существенных разногласий”, к которым «относится как раз крымская тема», представитель Кремля констатировал: “Российско-турецкие отношения в целом носят партнерский характер, причем не просто декларативный, а который действительно основывается на реальном, прочном фундаменте торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества”.
Безусловно, данное заявление, равно как и интервью Чавушоглу сербскому изданию, адресовано и тем мировым силам, которые не скрывают своей заинтересованности в ухудшении диалога Москвы и Анкары. Но подобный сценарий не входит в планы самих России и Турции, реализующих стратегию укрепления двусторонних отношений и приходящих на различных международных площадках к таким “общим знаменателям”, которые, выражаясь словами Мевлюта Чавушоглу, обуславливают значительный вклад обеих держав в региональную и глобальную безопасность.
